но ДОБРО _п_о_б_е_д_и_т_. Ибо сказано в Апокалипсисе: ...и
  не войдет ничто нечистое и никто, преданный мерзости и лжи... а ночи там
  не будет... ибо слава Божия осветила его, и светильник его - Агнец..."
   Песок поднялся до губ, вот он уже засыпал нос, глаза, а когда, накрыл
  их каски, свет от фонарей мгновенно погас. Тьма поглотила пространство. И
  пришла смерть.
   Последний исполинской силы толчок, подняв к небу огромное облако пыли
  и щебня, превратил замок в руины.
   Лишь две вещи остались нетронутыми. Стена Игаэля и лежащий у ее
  основания кожаный мешочек Бугенгагена. Как будто в последний момент
  какая-то другая сила, могучая и равная по мощности первой, вырвала у нее
  из рук единственное доказательство.
   Внезапно из-под клубящихся пылью облаков стремительно вылетел черный
  ворон. Он кружил над развалинами, издавая пронзительные и наводящие ужас
  крики, затем взмыл в небо к поднимающемуся солнцу и растаял в раннем
  утреннем тумане.
  
  
  
   1
  
   Неровное, потрескивающее пламя костра освещало не по-детски серьезное
  лицо двенадцатилетнего мальчика. Напряженно застыв, он уставился на
  мечущиеся огненные языки. Мальчик пытался что-то вспомнить. Он чувствовал
  в крови толчки зыбких первобытных ощущений, где-то в глубинах его мозга
  таилась древняя мудрость, связывающая подростка с временами давно
  минувшими...
   - Дэмьен?
   Мальчик