в голове.
   Сегодня Ричард никак не мог сосредоточиться. Лавина воспоминаний, с
  таким тщанием закапываемых в самые недра сознания, вдруг обрушилась на
  него. Кто знает, кем мог стать его брат? Может быть, даже президентом. Но
  в расцвете сил быть подстреленным, как собака...
   - Ричард! - Анна, сидевшая перед туалетным столиком, замерла с
  расческой в руке. Он понял, что жена давно пытается привлечь его внимание.
  Ричард сдвинул на лоб очки и взглянул на нее. - Ты же обещал мне... -
  продолжала жена.
   - Обещал что, солнышко?
   Анна вздохнула. Было ясно, что он ни слова не слышал из всего
  сказанного.
   - Что никогда больше тетя Мэрион не переступит порог этого дома.
  Никогда.
   - О, Анна...
   - Обещай мне!
   - Ну ради Бога, старушке ведь уже восемьдесят четыре года!
   - Мне наплевать на это. И ноги ее не должно быть здесь. Она злющая,
  ее надо опасаться, и...
   - Да у нее же старческий маразм, Анна!
   - Она отравляет даже воздух вокруг себя. Она действует мне на нервы и
  пугает мальчиков...
   - Ерунда, они-то ее всерьез вообще не воспринимают.
   - Да, конечно. Они насмехаются над ней, но, заметь, избегают
  находиться с ней в одной комнате. Особенно Дэмьен.
   Ричард снял очки и положил их на ночной столик возле кровати. Сегодня
  он не в состоянии был прочесть ни строчки. Торн собрал документы и сложил
  их на полу.
   - Ну, - попытался он снять