тене, где аккуратными рядами были вывешены примерно сорок
  фотографий. На них в хронологическом порядке были запечатлены все
  футбольные команды Академии. Рассматривая фотографии, можно было узнать не
  только о том, как развивалась с годами игра в футбол, но и о том, кто
  учился здесь в разное время, сопоставив их с сегодняшними курсантами.
  Любопытный вывод напрашивался в результате этого сравнения: если и
  существовало в старое доброе время нечто, называемое честью мундира, то
  теперь ее место заняла озлобленность - именно на этом очень часто
  строились сейчас отношения между курсантами.
   Тедди нашел наконец то, что искал:
   - Мой старик играл за эту команду. Вот он, - пояснил он, тыча жирным
  пальцем в одну из фотографий. Несколько слоняющихся в ожидании своей
  очереди подростков подошли к верзиле, чтобы взглянуть на фотографию. - Он
  играл на переднем крае, - помедлив, продолжал Тедди, а затем оглянулся на
  Дэмьена.
   - Роберт Торн играл правым защитником, - в голосе Тедди прозвучало
  неприкрытое презрение. - Мне кажется, уж ты-то в состоянии купить себе
  все, что угодно?
   Дэмьен оттолкнулся от стены, на которую опирался:
   - Тедди, - угрожающе произнес он.
   Верзила оглянулся на приблизившихся курсантов, с нетерпением
  ожидающих развития событий, и откровенно полез на рожон.
   - Ты не прикупил еще право на правого защитника?
   Кругом послышались