сариана. Он огляделся по сторонам,
  чтобы убедиться, все ли на месте, потом повернулся и снова скользнул вниз.
  Мальчик двигался быстро и осторожно по верхнему коридору. Потом он
  молниеносно сбежал по металлической лестнице.
   Никого. Пасариана и след простыл. Лишь зеленый ядовитый газ, клубясь,
  наполнял зал. Сработал наконец аварийный сигнал, и кругом замелькали
  красные огни.
   Дэмьен перебежал на другую сторону и опустился по лестничному пролету
  на следующий уровень.
   Здесь он увидел Пасариана. Но индеец уже ни на что не реагировал.
  Скорчившись, он лежал рядом с развороченной трубой. Рука индейца была
  вытянута вперед, по-видимому, это была его последняя попытка заделать
  отверстие. Вздувшееся и покрытое волдырями лицо было практически
  неузнаваемо.
   Дэмьен с отвращением отвернулся и со всех ног кинулся к лестнице.
   Вновь очутившись на крыше, мальчик обнаружил, что остальные ребята
  все еще находятся в состоянии панического смятения. Они катались по крыше,
  задыхались, жадно хватая ртом воздух. Дыхание с присвистом вырывалось из
  легких. От боли слезы струились из глаз.
   Дэмьен пробирался между корчившимися телами к Марку. Ему необходимо
  было узнать, в каком состоянии находится его брат.
   И пока Дэмьен разыскивал Марка, он внезапно осознал, что вот такой -
  нынешний - он начинает себе нравиться. И плевать на то, кто он есть на
  самом деле.