коридора возникла пожилая монахиня, глазами она отозвала
  священника в сторону. Они отошли и начали о чем-то шептаться
  по-итальянски, потом женщина ушла, и священник снова повернулся к Торну.
  Что-то необычное было в его взгляде, Торн напрягся.
   - Пути господа неисповедимы, мистер Торн. - Священник протянул вперед
  руку, Торн невольно поднялся и двинулся за ним.
   Палаты для рожениц находились тремя этажами выше, и они пошли туда по
  запасной лестнице, потом по узкому коридору, освещенному редкими
  электрическими лампочками. Больничные запахи усилили чувство потери,
  которое билось во всем теле Торна. Они остановились у стеклянной
  перегородки, и священник проследил взглядом, как Торн, колеблясь, подошел
  поближе и взглянул на то, что находилось с другой стороны. Там был
  ребенок. Новорожденный, похожий на маленького ангелочка. У него были
  взъерошенные черные волосы и глубоко посаженные голубые глаза, которые
  инстинктивно тут же отыскали Торна.
   - У него никого нет, - сказал священник. - Его мать умерла. Так же,
  как и ваш ребенок... в один и тот же час. - Торн резко повернулся к нему.
  - Вашей жене нужен ребенок, - продолжал священник, - а этому ребенку нужна
  мать.
   Торн медленно покачал головой.
   - Мы хотели иметь собственного, - сказал он.
   - Осмелюсь сказать... он очень сильно похож...
   Торн снова взглянул на ребенка и не мог не согласиться