и и обсуждали это, им было обидно за хозяйку,
  которую новая няня вытеснила из сердца сына. Им хотелось, чтобы миссис
  Бэйлок уехала. Но вместо этого ее положение укреплялось с каждым днем, а
  влияние на хозяев дома усиливалось.
   Катерина чувствовала то же самое, но не могла что-либо изменить. Она
  не хотела показывать ревность к человеку, которого любил ее ребенок. Она
  чувствовала себя виноватой в том, что однажды лишила Дэмьена любимого
  друга, и не хотела, чтобы это повторилось. Когда в конце второй недели
  миссис Бэйлок попросила перевести ее в комнату напротив спальни Дэмьена,
  Катерина согласилась. Наверное, у богатых так бывает всегда. Сама Катерина
  воспитывалась в более скромной семье, и только мать была ее единственным
  другом и защитником. Но здесь жизнь иная. Она была хозяйкой огромного
  дома, и, возможно, пришло время для подобных поступков.
   Вновь обретенная свобода использовалась Катериной в полной мере: по
  утрам она занималась благотворительностью, днем посещала чаепития, на
  которых велись беседы о политике. Муж одобрял ее занятия. Катерина
  перестала быть хрупким цветком - она стала львицей, обладающей такими
  энергией и уверенностью, которых он раньше никогда в ней не замечал.
  Именно такую жену он мечтал иметь, и, хотя резкая перемена ее характера
  слегка обеспокоила его, он никоим образом не мешал ей. Даже в постели она
  стала другой - более возбужденной