отстал от автобуса.
   Мэтью в страшном напряжении пытался справиться со своим волнением. Он
  дрожал с головы до ног. Итак, на приманку клюнули.
   Мэтью раскрыл сумку и достал портативный передатчик, который дал ему
  отец де Карло. Он коснулся пальцами кнопок на панели и прижал его к уху.
  Никогда раньше не приходилось ему пользоваться такой штуковиной, но сейчас
  он был рад, что имел ее при себе.
   В это время автобус круто повернул и затормозил. Обернувшись к Мэтью,
  водитель объявил, что это конечная остановка. Монах поблагодарил шофера и
  сошел с автобуса. Ему показалось, что он путешествует уже целую вечность.
  Автобус скрылся из виду, а Мэтью удовлетворенно хмыкнул, обнаружив
  тропинку, что вилась сквозь бархат дерна. Он радостно устремился по ней
  вперед, испытывая облегчение и приказывая себе не оглядываться. Он даже
  начал разговаривать с овцами, которые, оторвав морды от травы, удивленно
  поглядывали на него.
   Послышался рокот автомобиля, и монах оглянулся. Силуэт лимузина четко
  вырисовывался на горизонте в лучах заходящего солнца.
   - Отлично, - громко проговорил Мэтью, шагая по заболоченному лугу и
  радуясь, что находится на открытом пространстве, вдали от автобусов и
  поездов, вызывающих клаустрофобические настроения.
   Ему понадобилось минут двадцать, чтобы добраться до долины. Впереди
  на вершине скалы он разглядел очертания часовни. Купол ее был разрушен, в
  сумеречном свете