ось вперед и, медленно оседая, упало на алтарь
  лицом вниз.
   Наступла короткая тишина, затем Паоло шагнул вперед и перекрестился,
  бормоча молитву. Мартин двинулся следом за ним. Монахи с трудом
  перевернули тело и оцепенели. Перед ними лежал Мэтью. Лицо его застыло в
  неестественной гримасе, невидящие глаза закатились так, что сверкали одни
  белки.
   Паоло и Мартин отпрянули от тела, отирая об одежду руки, и в ужасе
  уставились друг на друга. Губы их беззвучно двигались, они пытались найти
  объяснение, но его не было. Паоло поднял к небу полные страдания глаза,
  только бы не смотреть в это страшное, искаженное гримасой смерти лицо.
  "Господи, Спаситель, - прошептал он, - избавь наши умы от помрачения,
  предотврати беду..."
   Вдруг сзади раздалось звериное рычание. Повернувшись всем телом,
  Паоло увидел огромную собаку. Мартин тоже обернулся и застыл на месте,
  впившись взглядом в черного пса. Монахи инстинктивно отступили назад, а
  чудовище, стоявшее в дверном проеме, переводило свои пылающие глаза с
  одного на другого. Шерсть на нем вздыбилась, огромная пасть была оскалена.
   "Окно", - мелькнула у Паоло спасительная мысль. Они заберутся в
  оконный проем и дождутся, пока эта тварь исчезнет.
   Паоло почувствовал в руке ладонь Мартина и двинулся к окну, но в
  оконном проеме вырисовывался череп шакала, таращившийся на них пустыми
  глазницами, в которых ритмично