год
  или около того. Наконец местный поезд прибыл, я выпрыгнул из своего укрытия
  за автоматом, пригнулся и зигзагами помчался по платформе, словно в кино про
  войну. В вагон я ввалился как актер, в одиночку изображающий час "пик".
   Местный поезд на Лексингтон-авеню-лайн делает семь остановок, пока
  добирается от Юнион-сквер до Восточной 68-й улицы. Сегодня у меня была
  возможность обозреть немало станций подземки.
   Выходя из метро на Манхэттене, я никогда не знаю, в какую сторону
  направить стопы. Сейчас я был на углу 68-й и Лексингтон, а попасть надлежало
  на угол 65-й и Пятой авеню. Значит, шагать следовало сперва на юг, а потом
  на запад, но я понятия не имел, где тут юг. Наконец я пошел наудачу.
  Поднялся на 69ю улицу, прочитал указатель и двинулся обратно в метро,
  уговаривая себя, что это и к лучшему: если за мной следят, то я запутаю их
  и, возможно, таким образом обнаружу слежку. Разумеется, никакой слежки я не
  обнаружил, да, если честно, и не надеялся обнаружить.
   К дому дяди Эла вела довольно длинная, темная и малонаселенная
  пешеходная улица. Мимо прошмыгнуло несколько одиноких, зябко ежащихся
  прохожих, и я произвел с каждым из них моментальный обмен нашими страхами и
  опасениями. Но ничего не случилось, и я наконец-то добрался до дома дяди Эла
  - высокого узкого белого здания с ярко освещенным входом, которым я
  воспользовался по назначению. Оказавшись в тамбуре, я нажал