мне помочь. Он слишком напуган.
   Я стоял в коридоре, делал одно обескураживающее открытие за другим, а
  убийцы тем временем продолжали беседу с дядькой.
   - Он поднялся сюда, - сказал первый таким тоном, будто предъявлял дяде
  Элу неопровержимое обвинение.
   - Я что, пойду против Агриколы? - спросил их дядя Эл. - Дурак я, что
  ли?
   Это была одна из его любимых присказок. В молодости он работал
  таксистом, и теперь, вспоминая те дни, все время восклицал: "По гроб жизни
  баранку крутить? Дурак я, что ли?" При этом подразумевалось, что ответ
  должен быть отрицательным.
   Первый убийца тем временем твердил свое:
   - Он поднялся сюда. И не спускался.
   - А как насчет крыши? - спросил дядя Эл.
   Оба убийцы покачали головами.
   - Чепуха, - сказал первый. - Он пришел сюда, чтобы разыскать тебя.
   - Впусти-ка нас, - потребовал второй.
   - Слушайте, мне и так неприятностей хватает, - ответил дядя Эл. - Жена
  не в курсе дел, понимаете? Этот ублюдок - сын ее сестры. Ясно, что я имею в
  виду? Тьфу! Да как мне это вам втолковать среди ночи!
   - Нам нужен сопляк, - изрек второй убийца.
   Первый все никак не мог расстаться со своей идеей.
   - Он поднялся сюда.
   - А может, поднялся да и опять спустился? - предположил дядя Эл.
   - Как? - спросил второй убийца. - Мы сами ехали на лифте. Вот он стоит.
  - Бандит повернулся и указал на лифт рукой.
   - Лестница, - сказал дядя Эл. - Возможно, он