ся и поспать,
  какое-нибудь местечко, где я буду в безопасности.
   Как насчет квартиры матери? Там даже сохранилась парочка моих пиджаков
  школьных времен. Я мог выспаться, согреться, перекусить, а уж завтра решить,
  что надо делать.
   Но нет. Разве эти двое убийц не направились прямиком к дяде Элу? Разве
  это не означает, что они все про меня знают? Знают, к кому я пойду, куда
  побегу. Может, сейчас они устроили засаду в доме матери и дожидаются моего
  появления.
   Стало быть, надо идти куда-то еще. Куда-то еще. Но куда еще?
   Добравшись до Западной Сентрал-Парк-авеню, я так ничего и не придумал.
  Я вышел из парка между 62 и 63-й улицами, с минуту постоял на тротуаре,
  потом пересек проспект и двинулся по 62-й. Теперь, когда я наметил себе хоть
  какое-то место назначения, стоять истуканом было слишком холодно.
   Куда-нибудь, куда-нибудь. Точнее, к кому-нибудь. Должен же найтись
  какой-то знакомый, который приютит меня на остаток ночи.
   И тут я вспомнил об Арти Декстере. Мы не виделись с Арти семь или
  восемь месяцев, с того дня, когда он в последний раз заглянул ко мне в бар.
  Мы вместе ходили в школу, тогда-то он и начал играть на конга-барабане на
  воскресных представлениях ансамблей ударных инструментов. Позднее Арти
  пристрастился к гитаре и народным песням, а заодно приторговывал по случаю
  марихуаной и разными пилюлями. По крайней мере, такое у меня сложилось
  впечатление. Не знаю, сколько