зовался новый слой кожи -- тонкая,
  призрачная паутинка -- у щек, около ноздрей, в уголках глаз, а еще между
  пальцами. Лучше всего это было заметно в том месте, где была складка. И
  когда Аделия ходила, эта паутинка слегка колыхалась. Вы хотите услышать
  чтонибудь совершенно невероятное? Когда теперь у нас в городе устраивают
  окружную ярмарку, я страшно не люблю оказываться рядом с прилавками, где
  продают волокнистые конфеты. Вы знаете на каком аппарате они их делают?
   Шарик, наподобие пончика, много раз вращается по кругу, рабочий
  вставляет в него бумажный рожок и накручивает на него розовое сахарное
  волокно. Вот такой начинала выглядеть у Аделии кожа -- из-за тонких нитей
  волокнистого сахара. Мне кажется, я знаю, что это было. Она делала то же
  самое, что гусеницы перед тем, как уснуть. Она закутывала себя в кокон.
   Я немного постоял в дверях, глядя, как она ходит по комнате взад и
  вперед. И она не замечала меня довольно долго. Пыталась обойти те
  препятствия, на которые наткнулась. Два раза грохнула кулаком об стену, да
  так сильно, что пробила ее насквозь -- обои, штукатурку и обшивку. Звук был
  такой, будто кости ломаются, но, видимо, ей было совсем не больно, и не было
  нисколько крови. И каждый раз она пронзительно кричала, но не от боли. То,
  что я слышал, был вопль обозленной и обессиленной кошки... но, как я сказал,
  помимо злости, в нем был еще и страх. И что же вы думаете она выкрикивала?
  Имя того