принца
  Пигли-Уигли -- вам. Повелителю Лакрицы, одним дождливым вечером, однажды в
  понедельник.
   И в тот момент, когда эта резиновая лента оказалась на запястье руки
  Сэма (она висела на его руке свободно, как браслет, который был ему
  великоват), на здание налетел такой сильный порыв ветра, что в окнах
  задрожали стекла. Над головой замигали лампочки освещения. "Вот-те на,
  парень! -- сказал принц "Пигли-Уигли", подняв глаза. -- В прогнозе погоды
  этого не было. Просто дожди -- так они говорили. -- И он снова посмотрел на
  кассовый аппарат. -- Пятнадцать сорок два".
   Сэм дал ему двадцатидолларовую купюру, стараясь скрыть досаду. -- Когда
  я был мальчишкой, это стоило куда дешевле.
   -- Инфляция больше всего бьет по взрослым. Ничего не поделаешь, --
  согласился с ним продавец. Он медленно возвращался в то состояние кайфа, в
  котором он прибывал до прихода Сэма. -- Ты на самом деле, парень, будешь рад
  этой покупке. Ну а я обычно беру добрые испытанные батончики "Марс".
   -- Любите их? -- спросил Сэм и засмеялся, складывая в карман сдачу. --
  А я их терпеть не могу. Это для кого нибудь другого, но не для меня. -- И он
  снова засмеялся. -- Можете считать это подарком от меня.
   Продавец тут же заметил что-то в глазах Сэма и неожиданно резко
  отскочил от него в сторону, едва не сбив набор игрушечных головорезов,
  выставленный на продажу.
   Сэм с любопытством заглянул в лицо продавцу и решил не просить у него
  пакет