ластичное тело белого существа свертывалось в хобот; оно все
  стало превращаться в хобот, и он начал удлиняться. Это нечто приобрело
  цилиндрическую форму, если не считать оставшуюся часть тела, которая свисала
  у шеи, как сморщенный мешок, забытый и никому не нужный. Вся его жизненная
  сила была заключена в самой чувствительной части его рожка, в том потайном
  канале, через который она будет высасывать жизненные силы Сэма, чтобы питать
  им себя. А это было приятно.
   Хоботок скользнул вверх по ногам Сэма, на короткое время задержался в
  паху, потом поднялся чуть выше, лаская живот.
   Сэм упал на колени, чтобы поскорее подставить ласкам свое лицо. Он
  ощутил на своих глазах легкий, приятный укол, когда какая-то жидкость -- но
  не слезы, она была более тягучая, чем слезы -- начала медленно просачиваться
  из них.
   обот вплотную приблизился к его глазам. Теперь ему было видно нежную
  розовую плоть, которая то показывалась, то поспешно уходила вовнутрь. Каждый
  раз, когда она открывалась, его взгляд улавливал все более глубокую бездну
  тьмы. Потом он сжимался, образуя в этом розовом лепестке плоти отверстие,
  трубочку внутри трубочки, И он скользил чувственно и неспеша по его губам и
  щекам, устремляясь к тягучей жидкости. Уродливые, деформированные синие
  глаза с жадностью и с нежностью всматривались в его лицо.
   Но долг был уплачен.
   Собрав все свои силы, Сэм неожиданно правой рукой ударил это мерзкое
  существо по хоботу. В нем было все