сладострастие и яд. Крошечные нити живой
  плоти, которые обволакивали его, больно кольнули ладонь Сэма.
   Оно резко дернулось, пытаясь отступить. На мгновение Сэму показалось,
  что он упустил его. И тогда, вонзив ногти в самую его чувствительную часть,
  Сэм крепко сжал ее в своем кулаке.
   -- Вот! -- закричал он. -- Вот. И для тебя, сука, у меня кое-что есть!
  Я привез это из самого Сент-Луиса!
   Левой рукой с размаху он всадил липкий шарик, слепленный из Красной
  Лакрицы, в отверстие хобота. Он сделал это так же, как в те давние годы
  ребята на автомобильной стоянке, когда они забили выхлопную трубу
  "понтиака", принадлежавшего Томми Риду. Оно начало было изрыгать оскорбления
  и угрозы, но смогло лишь издать какой-то жужжащий звук. Потом оно еще раз
  попыталось выскользнуть из рук Сэма. Шарик из Красной Лакрицы виднелся в
  отверстии этого мерзкого хоботка, который теперь бился в конвульсиях, и
  напоминал выпячивающийся кровавый волдырь.
   Сэму с трудом удалось встать на колени, не выпуская из рук
  выкручивающееся зловонное тело, и бросился на то, что когда-то было Аделией.
  Оно дергалось под ним и извивалось, пытаясь сбросить его. Вцепившись друг в
  друга, они покатились по книгам, завалившим весь пол. В этом чудище было
  поразительная сила.
   В какой-то момент, когда Сэм невольно вплотную увидел глаза этого
  чудища, он чуть не остолбенел. Столько в них было жгучей ненависти и
  панического страха. И тут