ажный пакет с
  покупками, стараясь идти по-старушечьи неуклюже, чтобы выглядеть как
  можно менее привлекательной. Тогда, наверное, они сразу поймут, что для
  секса она совсем не годится, и, возможно, оставят ее в покое.
   Когда девочка почти вплотную подошла к фургончику, Льюк неожиданно
  громко просигналил, отчего сердце у Шарон ушло в пятки и, чуть не
  выронив свой пакет, она крепко прижала его к груди. Девочка обернулась,
  в любую секунду ожидая нападения. Но вместо этого водитель включил мотор
  и, обдав ее градом мелких камушков, пронесся мимо, а тот, что сидел
  рядом с ним, дико захохотал, когда машина поравнялась с девочкой.
  Фургончик снова скрылся из виду.
   - Дураки! - громко выкрикнула Шарон им вслед, и страх начал понемногу
  отпускать ее. Она была очень рада, что эти идиоты, наконец, уехали. В
  апрельском небе нещадно палило солнце, но не оно было причиной тому, что
  девочка успела уже изрядно вспотеть. Она остановилась, перевела дух и,
  раскрыв пакет, осмотрела яйца, только что купленные в магазине. Два из
  них раскололись, когда она, видимо, слишком сильно прижала пакет к себе.
  Девочка вынула разбитые яйца, положила их на траву, а затем об нее же
  вытерла пальцы. Потом перебрала все остальные яйца, чтобы убедиться, что
  потерь больше нет, и снова зашагала вперед, проклиная свой поход в
  магазин, который превратился теперь в настоящую пытку.
   Спустя несколько минут Шарон приблизилась к тому участку шоссе, где
  лес вплотную подходил