и в своей комнате, а
  Оттоми начала дремать, кресло вдруг запело громким баритоном:
  "Жил славный парень Гарри, Он пас себе коров, И этот парень
  Гарри, Был парень будь здоров!"
   Оттоми подскочила на кровати. Дух пел немилосердно
  фальшиво, но этот недостаток он компенсировал усердием и
  громкостью. "Хей-хо! Хей-хо! Гарри -- это я!!!" -- гаркнул
  голос. "Хей-хо! Хей-хо! Гарри--это я!"
   На каждое "хей-хо" Оттоми подскакивала в кровати, словно
  ее били молотком по голове.
   "Однажды этот Гарри! Отправился гулять!!!" -- орал дух.
   Оттоми заткнула уши подушкой.
   "Решил он -- этот Гарри! Уток пострелять!! Хей-хо!
  Хей-хо!"
   -- Прекрати!!! -- Заорала Оттоми. -- Немедленно!
   "Гарри -- это я! Хей-хо! Хей-хо! Гарри -- это я!"
   -- Тебе медведь на ухо наступил. -- Буркнула она, включая
  свет, и голос в кресле весело засмеялся.
  
   Сон был чутким и зыбким. Молли несколько раз погружалась в
  него, как в теплую воду, но быстро всплывала на поверхность,
  продолжая висеть на грани бодрствования и сна... В тот момент,
  когда сон все же укачал ее, Молли увидела Сэма. Он стоял в
  ногах кровати, и лицо его было растерянным и тревожным.
   -- Молли, ты в опасности... Ты в большой опасности. --
  Тихо сказал Сэм. Его тон взволновал ее.
   -- Что случилось, Сэм? -- Спросила она. -- О чем ты
  говоришь?