, существование которых протекает, в основном, в безразличиии и
  равнодушии.
   Палящая дневная жара сделала улицы пустынными. Даже дети исчезли,
  стараясь уйти и найти прохладу под крышами или между стен.
   Хардинг остановил машину в сотне метров от здания и выключил мотор.
   - Я пойду узнаю, не узнал ли мой тип чего-нибудь новенького, - сказал
  он, выходя из машины.
   Кристиан зажег сигарету и смотрел, как тот удалялся по тротуару,
  залитому солнцем.
   Сгорбив спину под палящими лучами солнца, Хардинг прошел мимо дома
  Джада и углубился в небольшой переулок, который начинался немного дальше.
   Он вернулся через три минуты и дал себе упасть рядом с Кристианом,
  вытирая лицо и шею.
   - Чиривастр там, - сказал он. Он не двинулся никуда в течение всего
  утра; за исключением того, что ходил за покупками в продуктовый магазин,
  вероятно, для того, чтобы приготовить себе обед. А так, все кажется
  совершенно спокойным в окрестностях.
   - Может быть, это студент, готовящийся к экзаменам, - заметил
  Кристиан.
   Хардинг усмехнулся.
   - Я очень боюсь, что он зря работал, - сказал он. - Пошли?
   - Иду, - уточнил Кристиан.
   И, так как Хардинг смотрел на него, недовольно наморщив лоб, он
  добавил:
   - Ничего не говорит вам, что дело идет не о западне, и что нас там не
  ждут. Будет лучше, если вы останетесь здесь, чтобы иметь возможность
  вмешаться,