над ним,
  чтобы посмотреть на него, потом она выпрямилась. Он подождал две секунды и
  осторожно приоткрыл глаза.
   Сквозь ресницы он различил Филини, которая рылась в его вещах,
  брошенных как попало по комнате. Она была по-прежнему голая, и ее тело с
  прекрасными формами светилось, как интичная медь, в полумраке комнаты.
   Первая мысль, которая пришла ему в голову, была, что она решила
  добавить денег к своему вознаграждению. Она могла убедиться, что их при
  нем было немалое количество, так что он их тратил, не считая.
   Одним или двумя билетами больше или меньше не было бы заметно.
   Но Кристиан быстро отогнал эту мысль.
   Она, вероятно, хотела ознакомиться с содержимым его карманов и
  особенно с бумагами.
   На самом деле она выпрямилась и с его бумагами подошла к окну. Свет
  от уличных фонарей, проникающий сквозь занавески, был достаточнм, чтобы
  она могла ознакомиться с документами.
   Удовлетворив свое любопытство, Филини положила бумаги обратно в
  бумажник и, положив его на место, на кончиках пальцев вышла из комнаты.
  Прислушавшись, Кристиан пазличил звон стаканов, потом щелканье, которое
  могла издавать двепца холодильника, находившегося на кухне. Потом
  послышалось бульканье жидкости, затем дверь холодильника снова хлопнула.
   Вскоре Филини вернулась с двумя стаканами, которые она поставила на
  ночной столик со своей стороны. Кристиан за