ную мать, ожидать больше нечего.
   Питер заметил, как двое его телохранителей поднялись, чтобы обеспечить
  ему беспрепятственный уход. Он тоже встал, поскольку привык доверять себя
  охране.
   - Виктор - неврастеник, коротышка убогий, гнилая зануда, нужно только
  видеть, как его колотит и трясет, когда он не получает того, чего хочет.-
  Хозяин орал, в то же время обводя всех взглядом. Ему сочувственно кивали.-
  Найдется ли среди вас кто-нибудь, кто скажет, что я вру? - снова заревел
  хозяин бара.
   Питер подошел к перилам второго этажа бара, положил на них руки и
  четко произнес:
   - Я скажу.
   - Что?! - заорал хозяин и посмотрел вверх. Питер стоял прямо, высоко
  держа голову, чтобы все могли- узнать его. И его узнали. Некоторые кивали
  в его сторону, показывая своим приятелям, и криво ухмылялись. Самые
  горячие вызывающе смотрели на Питера, но все присутствующие ждали
  окончания спора.
   - Я скажу, что ты врешь. Никто из вас не знает Виктора так, как я.-
  Питер справился с охватившим его вначале волнением и сейчас чувствовал
  даже какое-то веселье. Он сразу успокоился и стал яснее понимать
  происходящее.
   Главное, он никогда не испытывал того состояния, когда в минуты гнева
  голова отказывается думать. Питер всегда сохранял способность мыслить
  здраво. Это качество давало ему возможность чувствовать аудиторию и
  манипулировать ею. Осторожно улыбаясь, он обвел глазами сидящих, стараясь
  смотреть им прямо в глаза.
   - Ты говоришь, что мой брат невелик