но сознавал это -
  станет для него непоправимым ударом, он потеряет свой престиж, а этого
  герцог допустить не мог.
   Если его бойцам недоставало чувства реальности, то у Риана его было
  достаточно, и он понимал, что его бойцы не победят. Скорее Мелисса
  восстанет из мертвых, чем его несмышленыши одолеют чемпиона Соляриса и
  закаленного в боях команданта. Да, иллюзий относительно победы своего
  клуба Риан не питал. "Но почему Кай выбрал именно арену Ишияма? - думал
  Риан.- Видимо, для того, чтобы еще больше унизить меня и возвысить
  Дэвиона",- пришел он к естественному выводу.
   Решение только одно - по возможности свести на нет удар по
  собственному престижу. Конечно, можно сейчас же под каким-нибудь
  благовидным предлогом выгнать Вандергриффа и Эденхоффера из клуба, причин
  можно найти предостаточно, но это не выход. Начинать деятельность клуба
  таким образом - значило подрубить его деятельность на корню. Герцог пришел
  к мысли, что ему следует дистанцироваться от дуэли, создать иллюзию своей
  непричастности к ней. Создать мнение, что он не имеет отношения к этой
  дуэли, нельзя, но отдалиться от нее и от своих бойцов возможно. "Прежде
  всего,- думал герцог,- необходимо обезопасить себя и отвлечь внимание
  общественности от этой битвы".
   Придя к такому спасительному заключению, он, все так же ласково
  улыбаясь, повернулся к Эденхофферу. Тот принял улыбку герцога за чистую
  монету и с жаром принялся разглагольствовать о новых течениях тактики
  проведения