яти гигабайт вместе с рекламой,
  переводом и всем прочим. Но вы сами понимаете, что это прикидка, сколько
  именно "весит" информация, сказать затруднительно.
   - Мы понимаем, понимаем, продолжайте,- поторопил его Риан.
   - Даже если головид, который мы наложили на ту битву, длится всего
  пять минут, это добавляет к общему объему еще два гигабайта. То есть вы
  увеличили сообщение, передаваемое Ком-Старом, как минимум на двадцать
  процентов и надеетесь, что этого никто не заметит? Глупости, сразу
  заметят. Вы хотите знать, что произошло дальше? - Видя, что никто не
  отвечает, Ханау продолжал: - А дальше они показали материал Виктору.
  Поскольку он оплатил передачу и является ее владельцем, они спросили его,
  хочет ли он, чтобы с битвой пошла нелегально наложенная информация. Вполне
  естественно, что он заменил ее своим интервью, сразу убив двух зайцев -
  утер нос тем, кто готовил материал, и показал, что наша система передачи
  нелегальной информации раскрыта. Вот что вы наделали,- закончил свой
  монолог Ханау и посмотрел на Ньюмарка.
   Риан тяжело дышал, сжав зубы.
   - Это мне совсем не нравится,- произнес он.- Из-за чертовой битвы я
  оказался опозоренным, мои бойцы выставили меня полным идиотом, и тут еще
  Виктор... Он буквально плюнул нам в лицо.
   Дэвид Ханау осторожно улыбнулся:
   - Ваша светлость, не стоит так отчаиваться, ведь все равно никто не
  поверит ни единому слову Виктора в этом интервью.
   - Конечно, не поверят, болван, все это - трепотня,