алкий вид брата тронул Виктора, и он
  почти пожалел, что поступил с ним так сурово, но...
   - У меня нет другого выбора, Питер,- твердо произнес Виктор.- Тебе
  придется уехать, здесь ты постоянно будешь чьей-нибудь мишенью и опять
  попадешь в неприятную историю, если не трагедию. Я не могу рисковать тобой.
   - Ради Бога, Виктор, я буду очень осторожен, больше я не попадусь.
   - Ты ослеплен своим эгоизмом, Питер. Удивляюсь, как ты вообще еще жив
  после стольких неприятностей,- гнев снова начал овладевать Виктором,-
  которые ты доставляешь не только себе. Ты не способен ничего понять, ты
  просто глуп, Питер. Тебе никогда не приходило в голову, что прежде всего
  ты политическая-фигура и находишься под пристальным вниманием. Тебя
  используют в борьбе со мной. Еще раз повторяю: если бы Ком-Стар не выявил
  нелегальный головид, то мне, ты понимаешь или нет, мне пришлось бы судить
  тебя и твоих людей за преступления против человечности. И я осудил бы тебя
  не колеблясь.
   - Осудив невиновных, ты тем самым доставил удовольствие и вознаградил
  бы усилия преступников.
   - Да, но я еще раз напоминаю тебе твою фамилию, ты Штайнер-Дэвион, а
  на Острове Скаи человек с такой фамилией считается преступником, даже если
  он никогда ничего предосудительного не совершал и не совершит, понял
  теперь?
   Питер молча посмотрел на брата и вдруг сказал громко и внятно:
   - Насколько я мог заметить, преступником там считают не всех Дэвионов,
  а только одного - Виктора Дэвиона.