тогда, когда раздвинулись сЈдзи и
  показался еще один человек. Не поднимая глаз на сидящих в комнате, он
  резкими движениями перемещался по татами. Кай предположил, что его
  поведение, его поза - знак высшего соответствия ритуалу.
   "Мы не принадлежим здесь самим себе, мы должны выполнять обязанности
  представителей нации. А между прочим, все те вежливые мелочи, которые мы
  здесь сказали друг другу, могут вполне считаться нарушением установленного
  этикета",- грустно закончил Кай свои раздумья.
   Он сидел, положив руки на колени ладонями вниз, точь-в-точь повторяя
  позу Оми. Вошедший, а это был древний старик, согнутый годами и
  бесчисленными поклонами, втянул в комнату длинный изящный ящик из красного
  дерева. Прочно установив его на татами, старик долго возился с защелками,
  открывая крышку. Каю показалось, что сделал он это специально, такая
  ошибка входит в ритуал. Его догадку подтвердило и то, что на лице старика
  не было страха, когда он извинился перед Оми за задержку, пробормотав:
   - Сумимасэн*.
   - -------------------
  Извините (яп.)
  
   Кай нахмурился, на лбу его появились морщины:
   "Нет, Оми, ты думаешь так же, как твой отец, тебе явно недостает
  качеств твоей матери". Культуры Китая и Японии в чем-то сходны, и это
  поддерживало стабильность Синдиката Драконов, Объединения Святого Ива и
  Конфедерации Капеллана. Хотя матерью Кая была Кандаче Ляо, великая
  герцогиня Объединения Святого Ива и наследница трона Челесты Конфедерации
  Капеллана,