- Я хорошо понимаю тебя, Дейра.- Он положил мясистые руки на плечи
  жены и легонько оттолкнул ее в сторону.- Дейра,- обратился он к своей
  приемной дочери,- почему бы нам не пойти поговорить в зал? Зачем разводить
  слезы тут, на кухне?
   Дейра поняла намек и, оставив родителей одних, вышла из кухни. Через
  дверь, имевшую форму арки, она вошла в столовую, затем прошла через
  небольшое фойе и оказалась в гостиной. Высокий потолок комнаты и
  расположенное почти под самым потолком окно, также выполненное в форме
  арки, делали гостиную больше похожей на кафедральный собор, чем на жилое
  помещение. Гостиная почти всегда пустовала, только давно, когда Дейра была
  еще маленькой девочкой, комнату часто наполняли гости.
   Пол был устлан плюшевым ковром цвета слоновой кости. Дейре было
  приятно ступать по нему босиком. Обогнув низенький столик, она села в
  высокое кресло напротив уютной, кремового цвета, кушетки, на которой отец
  с матерью так любили сидеть. Дейра обхватила руками колени. Она была одета
  в голубую потертую рубашку навыпуск и сильно потрепанные джинсы. Впервые
  Дейра физически ощутила контраст между утонченной элегантностью комнаты и
  своим затрапезным видом. После посещения кланов она уже не могла больше
  жить в сытом, полном довольства мире, и это ощущение росло в ней
  ежедневно. Она почти с ненавистью смотрела на окружающие ее блеск и
  роскошь.
   В комнату вошел Рой Лир и уселся на подлокотник кушетки.
   - Мама скоро присоединится к нам. Дейра, я