, хотя и весьма дорогой костюм, да и военной формы поблизости целитель не заметил.
   Зависнув посреди камеры-квартиры, Дарофеев с удивлением озирался по сторонам. До тех пор, пока его не отвлёк истошный вопль. Посмотрев в сторону источника звука, Игорь Сергеевич обнаружил, что старик, указывая на него пальцем, пятится к входной двери.
   На крики появился широкоплечий громила.
   - Всё ништяк, Рыбак, - прогоготал парень и, самодовольно ухмыляясь, направился в сторону Игоря Сергеевича. Не доходя до него полшага, он попытался схватить Пономаря за ногу. Рука бугая беспрепятственно прошла сквозь плоть целителя. Последовали ещё несколько подобных безуспешных попыток. Под конец Дарофееву надоело это представление и он легонько стукнул верзилу пяткой в лоб. Тот отшатнулся, как от мощного удара и, закатив глаза, повалился на пол, словно мешок с мясом.
   "Рыбак..." - повторил про себя Игорь Сергеевич. Эта кличка что-то ему говорила, однако, он не мог вспомнить, что именно. Но ассоциативная память сработала, и Дарофеева обуяло странное ощущение незаконченного дела. И оно сопровождалось таким приливом ненависти, что Пономарь, не раздумывая, начал крушить всё вокруг.
   Полетела в стену стойка с фирменной аппаратурой. Огромный телевизор, запущенный рукой целителя, пробил окно и приземлился на тюремном дворе, превратившись в мешанину из пластмассы, стекла и металла. Взорвалось одно кресло. Из-под обивки, в момент разодранной в клочья, показались пласты белого поролона. Он, в свою очередь, оказался разорван на мельчайшие кусочки. Второе кресло и диван Игорь Сергеевич просто смял в руках, словно они были из бумаги. Образовавшийся комок последовал за телевизором, но застрял в проёме и с грохотом упал на единственную целую в этой камере вещь - на стеклянный столик.
   Дарофеев осмотрелся, выискивая, что же ещё разрушить и вдруг заметил, что старика уже нет в