арона в том, что всё происходящее можно объяснить с позиций материализма.
   С другой стороны, если Дарофеев жив, то этот визит может означать то же самое - месть. Но уже со стороны живого. Но старик никогда раньше не слышал, чтобы живые могли так запросто куролесить, показывая чудеса силы, в виде призрака. Существовала ещё одна возможность. Пономарь находится в состоянии клинической смерти и его дух блуждает по миру.
   Ни один из этих вариантов не устраивал мафиози. Если Дарофеев, в любом состоянии, за него принялся, то разрушение меблировки камеры лишь его первый шаг. Увы, но первый шаг оказался за Пономарём и поэтому Рыбак досадовал, что не принялся за экстрасенса гораздо раньше. Но запугать старика было не так-то просто, и наркобарон твёрдо решил отвечать ударом на удар.
   - Видишь, что творится? - Рыбак пристально посмотрел на лицо своего первого помощника. На губах того была лишь лёгкая ухмылка, казавшаяся приклеенной, глаза же не выражали ничего. Кикоз знал, что в присутствии шефа лучше сохранять бесстрастность.
   - Вижу, - Кикоз не стал задавать никаких вопросов, зная, что старик сам скажет ровно столько, сколько сочтёт нужным.
   - Угадай, чья работа? - в обычном состоянии Рыбак никогда бы не стал играть в такие загадки с подчинённым, но коньяк и пережитый испуг несколько растормозили наркодельца, и Кикоз решил, что должен подыгрывать.
   - Конкуренты? - предположил эмиссар.
   -Нет.
   - Менты?
   Старику надоела тупость помощника, и он открыл тайну, проговорив вполголоса:
   - Пономарь!..
   Это известие застало Кикоза врасплох:
   - Как же он сюда прорвался?
   - Это было его привидение.
   Если бы помощник старика не знал своего босса, он бы подумал, что Рыбак немного съехал. Но, до сих пор, наркобарон не позволял себе мистифицировать своих приближённых и Кикоз принял эту информацию без излишней критики.