о кто-то поставил ему подножку и Упырь повалился, нелепо задрав ноги.
   - В детстве ты подглядывал за родителями в спальне. Потом стал воровать на зимних дачах. Свою девчонку, которая пригрозила тебя выдать, отдал на изнасилование друзьям, с которыми ходил на "дела". Когда они её убили, зарубил всех топором, адом, где это происходило - поджёг.
   - Ах ты, сука! На кентов руку поднял! - завопил кто-то.
   - Закрой хлебало! - рявкнул Упырь, поднимаясь с пола. - Посмотрим, что он про тебя, Карась, расскажет...
   - Карась, - зазвучало у всех в головах. - Сидел за гоп-стоп. Пользовался тем, что был близок к пахану зоны и крысятничал из зековского общака.
   - Да вы что, мужики, слушаете этого ублюдка! - завопил Карась. - Вы въехали что он делает? Он же нас друг на друга натравливает! Ну, кто из вас подлянок не делал? А?!
   Он оглядел бандитов. Те, стояли, как вкопанные, даже те, кто заламывал руки Банану, ослабили свою хватку.
   - Мочить его надо! Без лишнего базара! Мочить! - последнее слово Карась сказал с такой ненавистью, что Витя весь содрогнулся. Вал эмоций преступника захлестнул мальчика.
   - Стоять! - прогремел на всю комнату властный голос. Боевики повернулись к его обладателю и увидели перед собой высокого, чуть седоватого хиляка, которого их босс, неведомо зачем, поселил в этом же доме.
   - Через пять минут здесь будет Корень, - сообщил Кашеваров уже чуть тише, - если кому-то хочется расстаться со своими мужскими достоинствами - продолжайте...
   - Да чего ты гонишь?! - слегка неуверенно проговорил Упырь. - Шеф только в тачку сел. Раньше завтра не вернётся...
   - Кто не верит - может остаться и продолжить, - равнодушно проговорил Призрак, - остальным лучше разбежаться и занять свои места...
   Михаил Русланович повернулся и сделал шаг прочь из комнаты. На пороге он обернулся:
   - Да, ещё я бы советовал срочно