сленный. Боевики за стенкой повалились как кули.
   Наугад выбрав одного из них, майор внушил ему, чтобы тот поднялся и открыл дверь, ведущую в караульное помещение. Вскоре послышался лязг запоров, и в освещённом дверном проёме возникла массивная фигура. Майор одним энергетическим импульсом уложил боевика и, прикрыв за собой дверь, вошёл в сторожку.
   Один из спящих охранников сидел, трое лежали на полу. Все они были вооружены автоматами. Фээсбэшник потратил несколько десятков секунд на то, чтобы обыскать спящих и изъять у них рожки с патронами. У одного обнаружилась рация, которую Изотов захватил с собой.
   Но, едва майор сделал шаг к двери, ведущей на территорию особняка, рация запищала и послышался чей-то голос:
   - Стопарь! Как там?
   - Тихо, - прохрипел Сергей Владимирович.
   - Смотри там! Как услышишь машину - мочить всех, кто в ней! Понял?
   - Понял, понял... - пробурчал Изотов.
   - И без косяков! А то... - пригрозил голос и отключился.
   Майор про себя усмехнулся и порадовался своей прозорливости. Выйдя во двор, Сергей Владимирович осмотрелся во всех доступных ему диапазонах. Света было не так много, но ясновидение подсказывало, что наряду с шестью боевиками, в парке, окружавшем здание, находятся несколько голодных животных. Фээсбэшник не смог увидеть их воочию, но предположил, что это крупные собаки. И две из них уже направлялись в сторону Изотова.
   Майор-экстрасенс не мог понять, что же его выдало. Ведь блок невидимости должен был прикрывать и запахи своего носителя. Но размышлять и исправлять ошибку было поздно, из-за стволов деревьев вынырнули две тени и, гигантскими скачками, понеслись к лазутчику.
   На раздумья времени не оставалось. Сергей Владимирович никогда не имел дела с животными и теперь лихорадочно пытался сообразить, что же делать.
   Вдруг он заметил, что обе собаки, бегущие к нему - кобели.