про остальные вопросы, - тогда ладно... А это что? - он указал дубинкой на стоящую на подоконнике банку с нифилями.
   - Так, купчика попили... - вставил Котел.
   - Чего-то до хрена чаю для купчика... - хмыкнул Тощий.
   - Вторяк... - поморщился Шмасть.
   - Ой, гонишь!.. - недоверчиво осклабился Жбан, показав свои огромные кривые желтые зубы. - Все выжрали, нам ни хрена не оставили... Закрыть бы тебя суток на тридцать...
   - За что, начальник?.. - удивленно развел руками шнырь.
   - А чтоб начальство не обманывал! - объяснил Тощий.
   - Ладно, - Жбан резко махнул дубинкой, едва не зацепив банку, - на сегодня - прощаю. Цени, зычара мое хорошее настроение, а то почесал бы тебе спину рычагом перестройки! Мы, собственно, сейчас по другому делу.
   - Для такого начальства - любая помощь! - подобострастно улыбнулся Шмасть.
   - Где тут тумбочка этого, как его?.. - Гена наморщил лоб, - Ну, жмурика вашего...
   - Гладышева? - подсказал Игорь.
   - Его.
   - Сейчас покажу. - Котел с готовностью направился к двери. Прапора, переглянувшись, пошли за ним.
   В жилой секции почти никого не было. Часть зеков курила на улице, часть читала прессу в комнате ПВР. Те же, кто находился в секции - третья смена, уже спали после трудовой ночи. Все прочие двухъярусные шконки были одинаково заправлены синими байковыми одеялами. На первый взгляд помещение можно было бы принять за обычную казарму, но опытный взор обнаружил бы немало отличий. Таких, как натянутые между койками веревки, фотографии полуголых красоток, наклеенные на тумбочки, да бирки с именами, прикрепленные к каждому из изножий.
   На одной из нижних кроватей лежал скатанный матрас. Именно к нему и повел визитеров Игорь.
   - Здесь он жил.
   - Тумбочка какая? - поинтересовался Жбан.
   Завхоз указал.
   Прапора открыли дверцу и Жбан стал методично перекладывать ее содержимое на