ную. Не отягощая себя шмоном грузовика, Серый махнул рукой солдату на кнопке:
   - Открывай!
   Железные ворота съехали вбок, открывая недлинный тоннель в монастырской стене. Раньше, по слухам, здесь находился подъемный мост, но Николай этому не верил. Подобные сооружения были бы уместны в замках, но никак не в монастырях, тем паче, женских.
   Вторые ворота растворились лишь когда внешние встали на прежнее место. Куль газанул и грузовик въехал на монастырский плац. Пищеблок находился в тридцати метрах от вахты. Николай резво развернулся и подал машину задом к дверям в продуктовый склад.
   После первого же гудка к машине выскочил пацан посудомойщик в мокром насквозь белом фартуке.
   - Главбаланду зови. - приказал ему Куль и пацан исчез с такой же скоростью, как и появился.
   Главбаландой за глаза звали старшего повара Игоря Топлякова. Кличка у него, естественно, была Топляк. Меньше чем через минуту появился и он сам. В белоснежном фартуке, одетом поверх иссиня-черной милюстриновой робы, старший повар с достоинством прошествовал к стоящему у кабины Кулю. Они обменялись рукопожатием.
   - Чего привез?
   - Как обычно. - Николай протянул накладную. Главбаланда внимательно ее прочитал, потом сплюнул:
   - Опять считай что ни хрена!
   - Сколько "партизаны" от щедрот... - невесело усмехнулся Николай. - Там, кстати, кое-что и для наших...
   - Много? - недовольно спросил Игорь. Хотя ревизии в пищеблоке практически не проводились, все же была опасность обнаружения прапорами не оприходованных продуктов.
   - Ящик чая, одна пол-литра и по мелочи.
   - Ящик?! - насупился Топляк. - А не обопьетесь?
   - Так вся бригада скинулась. А вечером, как всегда, заберем.
   - Ох, подведете, братва, меня под монастырь!
   - А ты, Топляк, вокруг оглянись. Итак в монастыре...
   Такие беззлобные перепалки Главбаланда вел лишь когда у него было