ницу?
   - Чую, чую. И о чем же мы побеседуем?
   - Я, начальник, хочу тебе помочь.
   Лакшин молчал, ожидая продолжения.
   - С этим убийством ты, прямо скажу, в глубокой заднице. Впору вазелин готовить.
   - Давай без интимных деталей. - предложил майор.
   - Это я так, образно. Но суть-то остается. Тебе нужен убийца. Мне тоже. Отсюда вывод - неплохо было бы объединить усилия. Как предложение?
   Начальник оперчасти сохранял на лице невозмутимое выражение. Даже глаза его никак не отреагировали на слова воровского авторитета. Быть готовым ко всему - являлось кредо Лакшина. И именно благодаря этой постоянной готовности к неожиданностям, Игнат Федорович смог правильно отреагировать:
   - А какая тебе с этого выгода? Вор, да якшается с кумом. Если такое всплывет - слетишь с воров, если не хуже.
   - Если всплывет. Ты, кум правильно сказал. - Крапчатый загасил окурок. - Так и тебе это не выгодно. Можешь, конечно, отбазариться, что проводишь воспитательную работу среди отрицалова. Да кто тебе поверит? Скажут - купили кума. И слетишь ты на пенсию. Слушок такой запросто можно подпустить. И дойдет он куда надо.
   Демонстративно зевнув, Лакшин смачно потянулся:
   - Как говорит контингент осужденных, бабушка дедушку попугивала, а дедушка бабушку... Сам знаешь, что делал этот любвеобильный дедушка. Будем в пугалки играть? Сам же в детство впадать не хотел...
   - Хитер ты, начальник. - осклабился Крапчатый. - А выгода моя такая - власть. Сам знаешь, чем больше ее у меня - тем в лагере беспредела меньше. Тебе же спокойнее.
   Всё. Все стиры тебе разложил.
   Игнат Федорович не сомневался, что авторитет наверняка оставил какого-то туза в рукаве. Причем, скорее всего, этот туз - желание овладеть секретом Гладышева. И тут будет гонка на выживание.
   - Ладно. Твои предложения? - начальник оперчасти соединил пальцы в замок и оперся на локти,