пассажиры. Эти не довольствовались самодельной "черняжкой", раствором опия, им нужен был ампульный морфин, которым и снабжал их Шира.
   Как ни странно, Василий действовал так спокойно, будто ему ничто не грозит. И однажды Тихон не выдержал и спросил об этом напрямую. Василий удивленно окинул Коростылева оценивающим взглядом и проговорил:
   - Да ты въезжаешь быстрее, чем я думал... И, после секундной паузы добавил:
   - Ежели ты такой умный - пораскинь-ка мозгами. Допрешь может.
   Коростылев мозгами уже раскидывал и выдал теорию:
   - У тебя есть клиенты из партийных или из органов. Шира отшатнулся от Тихона, как от кредитора:
   - С тобой опасно иметь дело... А ты, Карась, сам-то не из этих? А? Уж больно ты спокоен для сидевшего... Коростылев спокойно ухмыльнулся:
   - На нервишки никогда не жаловался, в коммунисты не лез, а от органов держался подальше... Пока они не захомутали. Содержатель притона недоверчиво покачал головой, но промолчал. Тихон понял, что надо срочно восстанавливать кредит доверия, и случай подвернулся этим же вечером. Пара наркоманов принесла вместо денег какую-то бижутерию и попыталась втюхать её за золото. Когда Шира заявил, что принесенное ничего не стоит, парни разбушевались, и быть бы Василию битым, если бы не вмешался Коростылев. Он парой ударов отключил наркоманов, выволок на лестницу и вышвырнул из подъезда. Шира, наблюдавший за боем, после возвращения Тихона облегченно вздохнул:
   - Так чего ж ты сразу не сказал, что каратист?
   - Да как-то повода не было... - Потупился Коростылев. - А я-то гоняю!.. Ну не может человек так собой владеть! - И вдруг Василий резко сменил тему:
   - Пойдешь ко мне в охранники?
   Видя, что Тихон не отвечает, Шира истрактовал это по- своему:
   - Да чего это я? Ты же выше метишь! Конкурентом мне хочешь стать! - И притонодержатель задорно рассмеялся. На следующее утро Шира наконец начал действовать. Он вызвал себе на смену одного из своих помощников, тот остался в квартире, а сам Василий пригласил Тихона