стылев, - Я должен был предвидеть... Это ведь звери. Они на все способны!
   - Не надо...- Тихо сказала Галина, но Шрам и не думал успокаиваться. Он встал и прошелся по одноместной палате. - А тут хорошо, - Внезапно сменил майор тему разговора. - Да, и врачи приветливые. А я все думала, когда ты придешь... И вот, пришел... - Да, я тебе яблочек принес, апельсинов... - Спасибо... - Ты только не волнуйся. Все хорошо будет. Ты поправишься, и мы с тобой славно заживем. Теперь у меня новая работа. Я больше не буду уезжать так надолго... - Ой, обманешь ведь... - Чуть слышно рассмеялась Галина. - Обману... - Согласился Тихон и кивнул в подтверждение своих слов. - Такая уж у меня доля. - И у меня... Как из воздуха рядом с супругами появился врач. - Посещение закончено. - Провозгласил он. - Я приду, как только смогу. - Сказал на прощание Коростылев. - Я буду ждать... Выпустив Тихона в пустынный коридор, врач ненадолго задержался у пациентки. Шрам сквозь прозрачное стекло двери видел, как тот пощупал лоб, проверил капельницу и, удовлетворенный, вышел из палаты.
   Когда дверь за хирургом закрылась, Коростылев спросил:
   - Как она?
   - Рана глубокая. Потеряно много крови. Но операция прошла хорошо. Все мы там заштопали. Короче, жить будет... - Спасибо. - Проникновенно вымолвил Тихон и пожал врачу руку. - В следующий раз заходите пораньше. - Усмехнулся врач, - А за Галину Дмитреевну не беспокойтесь. Мы её на ноги поставим!
   - Спасибо! - Еще раз поблагодарил Коростылев и направился к выходу.
   После того, как охранник запер за Шрамом дверь, Тихон несколько минут стоял на крыльце служебного входа, под яркой ртутной лампой. Ночь только начала вступать в свои права, легкий ветерок гнал цветочные запахи с нескольких клумб. Все было спокойно, словно и не было никаких погонь, нацистов, Бешеного.
   Вдруг Коростылев засек краем глаза какое-то движение. Он вышел из круга света. Через открытые ворота на территорию больницы пробежало несколько человек. Что-то знакомое было в их манере передвигаться,