двигаться, и Тихон отступил на несколько шагов, скрывшись за углом.
   Подойдя к двери, из которой только что вышел Шрам, они, видимо не заметив кнопку звонка, забарабанили по стеклу. Вдруг послышался хлопок, слабый звон стекла и чей-то приглушенный вскрик. Судя по звукам налетчики стреляли из оружия с глушителем, и их жертвой стал парень-охранник, в которого выстрелили прямо через дверь. Поняв, что медлить нельзя, Коростылев выхватил пистолет и вынырнул из-за угла. Трое боевиков в черных куртках пытались вышибить хлипкую дверь, а четвертый глазел по сторонам.
   Его-то первым и снял Тихон. Пуля попала бандиту в ногу, он закричал от боли.
   Но пистолет Коростылева глушителя не имел, и бандиты, среагировав на звук выстрела, обернулись и начали беспорядочно палить в сторону бежавшего под прикрытие кустов Шрама. Несколько пуль вошли в землю у самых ног, но Тихон, невредимым, добрался до темной полосы кустарника и, рухнув на землю, начал ответный огонь. Трое оставшихся на ногах были как на ладони.
   Они не догадались разбить лампу и теперь выделялись на фоне стены отчетливыми фигурами. Им некуда было спрятаться, но, после того, как Коростылев попал в руку ещё одного налетчика, двое бандитов, используя тела упавших, как живые щиты, начали прицельно стрелять в ответ.
   Перекатившись несколько раз, Шрам встал и выстрелил, держа пистолет обеими руками. Его пуля пробила лоб бандита. Тот коротко вскрикнул и повалился на площадку перед входом уже в качестве трупа.
   Последний оставшийся в живых налетчик вдруг вскочил на ноги и, бестолково размахивая руками, забыв про оружие, побежал в тень. Шрам взял его на мушку и плавно, как в тире, нажал на курок. Парень последний раз махнул руками и повалился на клумбу.
   Некоторые окна больницы осветились. В них появились силуэты людей, пытавшихся разглядеть, что за странный шум во дворе.
   Коростылеву было нежелательно встречаться с милицией и он, подбежав к бандитам на крыльце, стал быстро обшаривать их карманы. У всех троих нашлись картонки,