ению сердца, которые можно было использовать и как подслушивающую аппаратуру, разрабатывались мощные импульсные лазеры, способные насквозь прожечь человека, световые и шумовые гранаты. Среди прочего обнаружилась лаборатория, занимавшаяся миноискателями.
   Пообщавшись с её сотрудниками, Коростылев доложил Владимиру Львовичу, способ, как можно вылавливать несунов. Разработанный прибор не только выявлял наличие металла, но и мог определять его количественно. Через неделю пробный образец поставили на один из турникетов, охранника научили им пользоваться, и в руки Коростылева посыпался богатый улов. Практически каждый четвертый что-то тащил. Большей частью это были радиодетали, но попался один деятель, который выносил деталь от подводного пистолета-пулемета "ППП Нептун-4", местной секретной разработки.
   Тут же была вызвана милиция, которая обнаружила в квартире этого работника два собранных "Нептуна" и третий, укомплектованный наполовину. Несуна препроводили в КПЗ, а наутро перед проходной повесили листовку, рассказывающую об этом случае.
   Эти дни Тихон практически не пересекался со Стомахиным. Начальник охраны отмечался с утра и весь день пропадал на территории. Но, после разоблачения "шпиона" Иван Карпович сам подошел к Коростылеву.
   Перекинувшись парой фраз, Стомахин, словно невзначай спросил:
   - Этим твоим новшеством все турникеты оборудованы?
   - Пока только один. - Честно ответил Тихон, - Но через неделю поставим его на все. - Молодец! - Похвалил его Иван Карпович, - Вот что значит молодая хватка.
   Так и продолжай! Но, как ни старался Стомахин скрыть свою озабоченность, это у него получалось достаточно плохо. Коростылев сразу понял, что введение новшества не по нраву начальнику охраны. Оставалось лишь выяснить причины такого странного поведения.
   За краткий срок своего заместительства, Тихон успел не то чтобы сдружиться, но по-хорошему перезнакомиться со всеми бойцами охраны.
   Некоторые из них оказались совершенно случайными людьми, жестокими и равнодушными.