. Поблагодарив, Тихон начал действовать. Конечно, на магнитные пропуска, какие Коростылев видел в американских фильмах, средств не было.
   Но у него был план оборудовать турникетами все пункты прохода в разные зоны секретности, который он и предоставил Ухтину. Были уволены несколько охранников, которые были замечены в мздоимстве. Те, кто поддерживал Стомахина, ушли сами. Коростылев съездил в организацию воинов-афганцев и набрал там недостающих людей.
   Многие сотрудники роптали по поводу некоторого ужесточения порядков, но их недовольство выражалось лишь на уровне эмоций. Никто из специалистов не уволился, а продуктивность работы даже несколько возросла. По вечерам Тихон вел тренировки по системе Вин-Дао- Ян. Обучая охранников и несколько групп новичков, он не забывал и о себе. Те тетрадки старого мастера, которые он оставил Коростылеву перед смертью, были прекрасным пособием, но Тихону не хватало самого процесса общения с Лу Фу.
   Читая эти записи и разучивая новые упражнения, Коростылев иногда вдруг ловил себя на том, что в его ушах словно бы звучит голос мастера, подсказывающего что и как делать. И все чаще этот голос говорил, что надо уходить с этой работы и уделять тренировкам гораздо больше времени. Тихон и сам понимал, что здесь ему не место, что приход сюда был, по большому счету, ошибкой, но надо же было где-то зарабатывать... И Коростылев все откладывал и откладывал свой уход, выдумывая все новые причины. Но внезапно произошло чрезвычайное происшествие. Перед входом в предприятие взорвалась граната. Взрыв прогремел за десять минут до конца смены. Еще немного - и пострадали бы десятки людей. Но, или по счастливой случайности, или по расчету злоумышленников, граната лишь выбила несколько стекол на вахте, и этим разрушения ограничились.
   Никто из охранников не видел никого и ничего подозрительного. Стекла временно заменили фанерными щитами, и Тихон удвоил количество ночных дежурных. До следующего утра все было спокойно. А как только Коростылев появился на службе, его немедленно