эти люди не побоялись предъявить такие требования к секретному предприятию, это значило только одно - терять им нечего. - Руководство операцией я буду осуществлять лично. - Сказал под конец Тихон.
   Глубоко вздохнув, директор умоляюще посмотрел на своего начальника охраны:
   - Так это боевик какой-то получается!.. Вестерн!.. Нельзя как-нибудь по другому?.. - Нет. - Твердо ответил Коростылев. - Что ж, ответственность вся на тебе... А приказ выдать тебе необходимое оборудование я немедленно подпишу... На Владимира Львовича было жалко смотреть. Он, сидя в своем кресле, знал о преступном мире лишь понаслышке, никогда, до сей поры, не сталкиваясь с ним вплотную. А теперь, когда под угрозой были люди его предприятия, да и сам режим секретности, он запаниковал и, не будь на месте начальника охраны Тихона, наделал бы глупостей. Впрочем, операция, которую планировал Коростылев и сама была изрядной глупостью. Ему не было известно ничего ни о составе банды, а что это именно банда, сомнений не было, ни о вооружении, которым она располагает, ни о местах её дислокации. Но Тихон почти знал, что это работают люди Стомахина. Оставшаяся на свободе часть пиратской группировки.
   В письме было приказано чтобы завтра, ровно в полдень, человек с сумкой, в которой должно быть оружие по списку, оставил её на платформе электропоездов "Мячиково" и немедленно ушел. О всем прочем преступники обещали написать позже.
   Собрав десяток бойцов, среди которых больше половины было бывших афганцев, Коростылев рассказал им о рэкете. Парни возмущенно загудели, но Коростылев оборвал все звуки резким взмахом руки:
   - Я на разведку, а вы получите оборудование, бронежилеты, оружие и ждите меня. Этим утром Коростылев, как можно более незаметно прошелся по станции электричек, просмотрел расписание поездов, списал несколько из них в блокнотик. В руководствах Лу Фу был раздел посвященный невидимому воину.
   Но до него следовало сделать такую уйму подготовительной работы, что Тихон опасался, что никогда не достигнет этого