ого уровня. Стояла уже поздняя осень, народа на станции почти не было, и Коростылев стал опасаться, что его наблюдатели будут слишком выделяться из немногочисленной толпы запоздалых дачников.
   Вернувшись не предприятие, Тихон застал своих бойцов проверяющими личное оружие и примеряющими бронежилеты. Оторвав их от этих занятий, Коростылев подробно расписал обязанности каждого и строго предупредил о соблюдении полнейшего молчания.
   Возражений и дополнений к плану не последовало. Тихон удовлетворенно хмыкнул, схема действий действительно была хороша.
  
  XLVII. РАЗБОРКА С РЭКЕТОМ.
  
   Электропоезд на Москву подходил к платформе в 12.03. Тихон, в бронежилете, вооруженный девятизарядным пистолетом "Вепрь", стоял во втором от головы состава тамбуре и, посматривая на проплывающий за окном осенний пейзаж, лениво курил. В его кармане лежала портативная рация с узким, практически не поддающимся перехвату, диапазоном. Поезд медленно начал тормозить, показалась пустынная платформа. Предыдущая электричка ушла всего пять минут назад и все, кому надо было в Москву, укатили на ней. Мимо Коростылева, за узким окном тамбура, проплыли несколько старушек с извечными сумками на колесиках, пара пьяных рабочего вида мужиков, лотошница со свежими газетами. По радио прозвучало невнятное из-за треска объявление машиниста. Тихон смог выхватить лишь слово "следующая". Состав дернуло, и двери распахнулись. На платформе у головы поезда стояла большая черная сумка. Вокруг никого не было видно, но Тихон знал, что за ней, кроме него самого, наблюдают ещё трое. Один в машине на автобусной площадке, второй - на крыше девятиэтажки смотрит в бинокль, и третий едет в том же вагоне, что и Коростылев. Все люди на станции наблюдали за местностью уже не первый час, но ничего подозрительного, никаких сторонних наблюдателей выявлено не было. Согласно разработанному плану, Тихон вышел.
   Мешковатый плащ скрывал и бронежилет, и то, что Коростылев был вооружен, грязные сапоги и мятая шляпа дополняли картину. Он походил на дачника,