сятках метров от начала движения, и другие достаточно сложные техники. После тренировки Тихон решил провести пару показательных боев для наглядного показа, что же могут ноги. Сам он, конечно, был далек до совершенства, но и того, что он знал и умел, было достаточно для эффектной демонстрации возможностей воина Вин-Дао-Ян. С первым партнером Коростылев постоянно прыгал, и удары того доставались пустому месту. После нескольких минут такого развлечения, Тихон приземлился на голову противника, и бой был завершен. Во втором поединке тренер дал понять возможности наземного передвижения. Он так же не ввязывался в обмен ударами, уходя от них с кажущимся безразличием. Под конец партнеру это надоело, он сломя голову, лихорадочно молотя по воздуху руками и ногами, ринулся на Коростылева и внезапно оказался на полу. Тихон в небрежной позе сидел на поверженном и беспечно улыбался. Провожая ребят, Коростылев вдруг опять подумал об уходе с предприятия. Но ему было жаль бросать тренировки и он дал себе зарок, что уволится ровно через пять месяцев. Весной.
   Этого срока, как думал Тихон ему хватит и на подготовку своей замены, и на завершение курса тренировок. Хотя для достижения совершенства в воинских искусствах года будет однозначно мало. Но Коростылев решил, что с нынешнего момента он будет преподавать не просто техники саморазвития, а их принципы, ту основу всех единоборств, которой обучал его Лу Фу.
   С той поры интенсивность собственно тренировок, для постороннего взгляда, заметно снизилась. Большую часть времени стали занимать не физические упражнения, а способы концентрации, методы владения внутренней энергией Ци. Рассказывая об этом, Коростылев часто стал замечать, что говорит о вещах, о которых он сам раньше не имел никакого понятия. Слова будто сами лились, рассказывая о тайных аспектах человеческого бытия.
   Заметив это, Тихон вспомнил, что старый мастер предупреждал его об этом.
   Он говорил, что может наступить время, когда Коростылев сможет ответить на любой вопрос, пусть даже он раньше