озданный ветрами и водой за тысячелетия эрозии.
   Найдя нужную улицу, Тихон сверился с адресом. Дом, который он искал, должен был находиться с другого края поселка. Прикинув расстояние между участками, Коростылев решил, что идти несколько километров ему несподручно и пошел обратно к машине. "Шестерка" прошла до конца улицы, но нумерация домов заканчивалась на 26.
   Тихону же нужен был 28-й дом. Не выходя из машины он осмотрелся. И тут, в свете фонарей, Шрам заметил узкую дорожку, уходящую в темноту вблизи от забора последнего дома. Направившись туда, Коростылев проехал с пару сотен метров и затормозил лишь только фары выхватили из темноты леса кованые ворота. Подавшись назад, Шрам вывел машину обратно к поселку и, припарковавшись там, достал из багажника акустический усилитель и прибор ночного видения. Дом номер 28 дворец не напоминал, он им и был. Высокий забор скрывал лишь нижние этажи здания, третий и крыша были хорошо видны как с подъездной дороги, так и со стороны леса, в котором эта громадина стояла. Тихон вскарабкался на дерево и, устроившись там на высоте около четырех метров, надел инфракрасные очки. Прибор позволил более детально рассмотреть как само здание, так и прилегающую к нему обширную территорию.
   С первого взгляда Коростылев обнаружил охранника. Он шел вдоль фасада дома, а на груди его висел странной формы автомат. Еще один человек обнаружился у парадного входа. Третьего Тихон засек, когда тот проходил мимо ворот. Исследовав территорию у здания, обратив внимание на то, что с внутренней стороны забора стоят какие-то коробки, похожие толи на инфракрасные датчики, то ли на видеокамеры, Шрам переключил свое внимание непосредственно на дом. В нем светилось несколько окон, но все они были зашторены и инфравизор не мог показать, что там внутри. Сняв прибор ночного видения, Тихон засунул в ухо миниатюрный динамик и включил усилитель, направив микрофон не одно из окон. Сперва ничего не было слышно, кроме какого-то шума, и Коростылев усилил мощность звука. Шум стал более ритмичным