е не милиции, а ФСБ.
   Но Курбский не знал, что слухи о его сегодняшнем странном поведении уже пошли.
  
  XVII. ДАЦЕНКО И СЛУЖБА БЕЗОПАСНОСТИ.
  
   Около полудня Васильевна безжалостно распихала спящего Вектора Даценко.
   Писатель вяло отбрыкивался, но был выпровожен из постели и загнан умываться. У Даценко болела голова, хотелось "поправиться", но домработница настойчиво повторяла, что его ждут.
   Когда Вектор, побритый и слегка пришедший в чувство, вышел к визитерам, он сперва увидел лишь насупленного Курбского. И только потом сообразил, что вместе с главным редактором к нему пришел незнакомец. - Это кто такой? - Вместо приветствия выдал Вектор:
   - Опять деловое знакомство? Подождать не могли, пока я сам проснусь?!
   - Господин Даценко, - Официальным голосом произнес Илья Станиславович:
   - Это человек из ФСБ. - Чего? - Только и смог ответить популярный писатель. Он внезапно почувствовал слабость в коленках, живот забурлил, словно в кишечнике внезапно появился большой кусок сухого льда.
   Незнакомец встал:
   - Наудаленко Юрий Андреевич. Полковник Федеральной Службы Безопасности.
   Заместитель начальника отдела по борьбе с терроризмом.
   После каждого слова муки в животе Вектора становились все сильнее, и на последних словах представления он буквально сорвался с места и, на дрожащих ногах, успел-таки добежать до туалета и запереть за собой дверь.
   Тут же в неё застучали и голос полковника строго сказал:
   - Господин Даценко, нам надо срочно поговорить! Прогремел несильный взрыв.
   Юрий Андреевич и Курбский недоуменно посмотрели друг на друга, прикидывая, не пора ли ломать дверь, но тут из щелей туалета пошла густая волна серного запаха. - Я занят! - Резко выкрикнул Вектор. - Можете пять минут подождать!?.. - Надо, наверное, дать ему просраться? - Глумливо улыбнулся Наудаленко.
   Илья Станиславович лишь обреченно махнул рукой.
   Прошлая ночь и это утро стоили Курбскому нескольких лет жизни. После прочтения диктофонной записи, обнаруженной