позволяли ему делать с собой все, что он хочет. Иначе кара могла последовать незамедлительно. Впрочем, Говорков зачастую и сам оказывался в таком же положении, но уже относительно старшеклассников. Но чем старше он становился, тем меньше он боялся. К предпоследнему, седьмому классу, во всем интернате не было никого, кто бы посмел выступить против Говоркова. Нет. Один был. Звали его Володя Васильченко. Он, никогда не знавший ни родителей, ни ласки, всегда был одинок. Не потому, что его не брали ни в какие компании, а из-за того, что в этих группах он сразу же стремился завоевать лидерство. Любыми средствами. Его часто били, но стремление быть всегда первым вынуждало его быть первым среди себя самого. Он никогда ни за кого не вступался, но почему-то довольно многие пацаны считали его своим покровителем. Но сам Володя не относился к этому серьезно, не замечая того, что был фактически лидером самопроизвольно возникшей группировки.
   Не проходило недели, чтобы между Володей и Савелием, главами двух кланов, не случалось драки. Но верх взять не мог никто из них. Порой побеждал Говорков, порой Васильченко, и всякий раз побежденный стремился взять реванш. Внезапно все изменилось. Бывшие враги оценили друг друга и стали уважать противника. Дружбой их отношения назвать было нельзя, скорее это было взаимовыгодное соглашение по объединению сфер влияния. Окончив восьмилетку, они на некоторое время потеряли друг друга в суматохе взрослой жизни, но потом внезапно встретились, и начался их совместный путь на ниве нарушения уголовного кодекса. Выбиться в авторитеты преступного мира им не удалось, но и в низах они не остались. Начав с мелкой фарцовки, Васильченко и Говорков сколотили небольшую банду, которая занималась как сутенерством, так и грабежами иностранцев, на которых их наводили курируемые проститутки. В какой-то момент Говоркову фатально не повезло. Его задержало ГАИ за ведение машины в нетрезвом состоянии, а в салоне "Москвича" обнаружили значительную сумму валюты, которую тот вез на квартиру Васильченко.