- говорю я ей.
   - А чья?
   - Не знаю. Но не моя.
   Я вижу: терпение у Алены на пределе. Только я рот открыл, чтобы добавить - мол, мы со Станиславой только дружим и все, а Алена как рявкнет:
   - Так ты мне поможешь или нет?!
   Ну, и что прикажете делать?
   Я и поплыл к ней. Но упорно старался смотреть куда угодно, но только не на ее обнаженную грудь, которая с каждым гребком становилась все ближе и ближе. Наконец я подплыл к Алене совсем близко и встал на ноги. Вода в этом месте доходила мне до плеч. Идти дальше я, конечно, не решился: что мне, у нее на виду причиндалами трясти? На Алену я по-прежнему старался не глядеть. Но белеющее в сумерках стройное тело все равно настойчиво лезло в глаза. Стою, значит, и молчу. Тут Алена требовательным жестом протягивает ко мне ладошку:
   - Давай руку. И если что - спасай.
   Я помедлил-помедлил, но деваться некуда. И осторожно взял ее за руку. Алена тут же уцепилась за нее, шагнула вперед, легла на воду и охнула, окунувшись по шею. И, сразу же выдернув руку, поплыла мимо меня от берега не очень умелым брассом. Я, честно говоря, не долго раздумывал - а что, если она действительно станет тонуть? Вот и ринулся за ней: буквально в два гребка догнал Алену и поплыл рядом, на расстоянии вытянутой руки.
   - Неважная из меня пловчиха, да? - поворачивается она ко мне.
   - Ничего, - говорю, - не бойся, я буду рядом.
   А вода в нашем озере, между прочим, только на первый взгляд выглядит черно-коричневой. На самом-то деле она настолько прозрачна, по крайней мере в верхних слоях, что краем глаза я отчетливо видел, как Алена разводит и сводит длинные ноги, как ритмично двигаются мышцы под загорелой кожей ягодиц.
   А знаете, что меня больше всего потрясло?
   То, что вся она - от плеч до щиколоток - была покрыта ровным коричнево-золотистым загаром. Ни малейшего намека на белые полоски от купальника.
   Понятно, на что я намекаю?
   Ну, в общем,