ченных узловатых пальцев, а вторая лапа стремительно, снизу вверх вспорола жертве когтями живот до самой грудины. В тишине парника послышался приглушенный, полный боли и ужаса стон. Тело жертвы забилось в лапах склонившегося над ним чудовища. Потоки крови выплеснулись на землю. Отчаянным, уже конвульсивным движением Игорь Андреевич вскинул голову и, не веря собственным глазам, увидел прямо перед собой отвратительную, словно сошедшую с безумных офортов Гойи морду с оскаленными клыками, с которых капала пенистая слюна. Маленькие глазки монстра с черными вертикальными зрачками горели мстительным алым огнем.
   Это было исчадие ада.
   И тогда краем затухающего сознания Игорь Андреевич понял, что над ним склонилась сама смерть.
   Чудовище оттолкнуло от себя еще не осознающего, что он умирает, человека. Игорь Андреевич с мягким стуком упал на бок в лужу собственной крови, задергался, мелко засучил ногами, от шока уже не ощущая боли. Кольца сизоватых, влажно поблескивающих кишок вывалились из его распоротого живота и, вздрагивая, разбухая на глазах, словно живые стали расползаться по мокрому от крови асфальту. Игорь Андреевич, сам не понимая, что делает, не ощущая боли, судорожно схватился за эти кольца и инстинктивным движением попытался впихнуть их обратно, в распахнутую полость живота. Но силы оставили его, руки внезапно ослабели, и он, покрывшись с головы до ног холодным предсмертным потом, задрожал, чувствуя, как меркнет, уплывает в никуда, в черное безвозвратное ничто затухающее сознание.
   И тогда он из последних сил отчаянно закричал, заверещал тоненьким, почти детским голоском, запрокинув голову, почти касаясь затылком напряженно выгнутой спины. Чудовище отреагировало мгновенно. Толстая нога с кривыми короткими когтями взметнулась и резко опустилась прямо на лицо корчащегося в предсмертных конвульсиях человека. Раздался короткий омерзительный хруст лопнувших костей черепа, и короткий крик резко оборвался.