а это у него, у провинциального милиционера?
   - Я, к твоему сведению, тоже провинциальный мент, - заметил я с легкой обидой.
   - Ты - другое дело. Ты - сыщик, - вне всякой логики возразила Катя. - Кстати, Петя, а почему это он до сих пор не женился? С такой-то внешностью? Сколько ему лет?
   - Двадцать девять, - припомнил я сведения из личного дела Михайлишина.
   - Вот-вот. Для мужика самый возраст жениться. А он не женится. Он откуда родом?
   - Из Краснодарского края.
   - Не местный, значит. А давно переехал сюда?
   - Еще до нас.
   - Понятно. Ну, в общем, есть в твоем Михайлишине нечто эдакое, скрытое, - закончила свой анализ Катя.
   - Ну и ну, - только и смог я прокомментировать сказанное женой. - Тебя, Екатерина, послушать, так мой Михайлишин - просто какой-то шпион.
   - Ага. Джеймс Бонд.
   - При чем здесь Джеймс Бонд? Михайлишин, между прочим, Афганистан прошел.
   - Ну и что? Один он прошел, что ли?
   - Может, он тебе просто не нравится?
   - Может быть, - легко согласилась Катя. - Я действительно не люблю красавчиков.
   - Да с чего ты взяла, что он красавчик? - возразил я.
   - И еще мне кажется, что он скрытый бабник, - продолжила Катя, явно меня не слыша.
   Тут я окончательно обалдел.
   - Михайлишин?! Да Бог с тобой, Екатерина, - сказал я. - Ты что - свечку держала?
   - Вот-вот! - весело засмеялась она. - А сам еще удивляется - откуда это я таких выражений набралась. От кого, как не от тебя, Терехин? Ну, ладно, ладно. Давай, ешь, Петя. А то все остынет.
   Я снова принялся за еду.
   Черт с ним, с Михайлишиным. Перед моими глазами снова возник жмурик, лежавший в ручье у Почтамтской.
   Все там было как-то не так.
   И убитый, и место убийства. И главное - способ. Такое ощущение, словно убийца собирался напрочь отчекрыжить Пахомову голову, да почему-то не довел дело до конца. Что-то его спугнуло? Но что?.. Четыре параллельных разреза