не сводила с нее глаз: мне было страшно, потому что я знала, что произойдет, а она - нет. Я еще могла выскочить из машины, остановить ее, под любым предлогом увезти, даже толком не объясняя - почему и зачем... Глупости. Ничего я уже не могла сделать, было уже слишком поздно что-либо менять.
   Она поравнялась с моей машиной, даже не посмотрев в мою сторону. Я была убеждена, что она меня не могла заметить - "хонда" стояла в тени дома, а руку с горящей сигаретой я опустила вниз, под сиденье.
   И в тот же момент - момент ее прохождения надо мной раздался глухой металлический удар: я вздрогнула, посмотрела через лобовое стекло наверх. Звук доносился из прикрытого шторами окна над аркой, возле которой стояла моя машина. Это били невидимые мне часы. Я перевела взгляд на девушку. Она удалялась от меня и она шла, шла в такт бою часов, как будто именно они отбивали ей последние секунды перед неизбежным, перед тем, что устроила я сама. Господи, подумала я - такую банальщину и нарочно не придумаешь... Часы, жизнь и смерть...
   Я смотрела ей вслед и машинально считала про себя удары часов. Семь... Восемь... Девять... Она дошла почти до угла и вошла в тот же самый подъезд под козырьком, в который только что проскользнул мужчина с пакетом.
   Снова гулко выстрелила дверь парадного и бой часов смолк, как по команде плохого режиссера в дурной мелодраме, словно именно так и было все задумано бездарным и пошлым драматургом. Я с трудом перевела дыхание, выпрямилась на сиденье. Окурок обжег мне пальцы. Я вышвырнула его в окно, откинулась на подголовник сиденья и закрыла глаза.
  
  Глава 11. УЖЕ ПАЛАЧ.
  
   Я открыла глаза и в очередной раз посмотрела на часы: одиннадцать тридцать. До меня донесся негромкий скрип. Это открылась парадная дверь подъезда - того самого. Из него выскользнул и быстро зашагал в мою сторону коренастый широкоплечий мужчина в куртке-штормовке и надвинутом