уже сильнее. - Говори же! Что-то случилось? - Я повысил голос. - Что? Почему ты молчишь?
   В глубине ее глаз медленно проявилось понимание того, что перед ней кто-то стоит. Потом я увидел - до нее дошло, что это я. Губы ее беззвучно шевельнулись.
   - Что? - я наклонился к ней. - Я слушаю тебя!..
   - Увези меня...скорей... - скорее не услышал, а прочитал я по движению ее губ.
   Лицо ее побелело и она стала обмякать, валиться на меня своим долгим телом, ломаясь, словно марионетка, у которой одним движением ножниц пьяный злобный кукловод перерезали все нити. Я едва успел ее подхватить, как она потеряла сознание. Конечно же сначала я растерялся, - а кто не растерялся бы на моем месте, - но тут же у меня мгновенно сработал профессиональный рефлекс. Я опустился вместе с ней на колени прямо на потрескавшийся мокрый асфальт тротуара, уложил к себе на одно колено и опустил вниз ее голову, чтобы кровь прилила к мозгу. Я прислонился к ее груди, прислушался - сердце работало редко, но ритмично. Это был обморок, но какой-то странный. Да и выглядела она очень и очень странно. Плохо она выглядела. Я не знал, что и думать, все мои знания по этой части составляли клочки давно забытых институтских курсов. В конце концов я хирург, а не врач "скорой помощи". Я мельком подумал, что может быть, она отравилась - это ведь совсем несложно в наше дивное время. Потом в голову пришла мысль, что она может быть беременна. От этой мысли мне стало еще муторней. Я похлопал ее по щекам. Но она не двигалась. Мой взгляд скользнул вниз и замер.
   Плащ у нее при падении чуть задрался и ясно увидел засохшие пятна крови и царапины под колготками у нее на бедрах. И еще там были синяки - словно следы чьих-то пальцев.
   - Молодой человек, что это вы девушку бьете? - раздался за моей спиной скрипучий женский голос.
   Я обернулся. За эти недолгие мгновения возле нас успела материализоваться