е страшно... Какой-то там малой скоростью...меня...
   Дура она была конечно, дремучая. Но это не меняло дела. Ее надо было успокоить. Но в то же время она должна бояться меня. И только меня, а не их.
   - Ничего они с тобой не сделают, не бойся, - сказала я. - Что-нибудь сделать с тобой могу только я - легко и просто. Запомни это намертво. Так же, как и то, что ты теперь должна мочать как рыба.
   Я вытащила сигарету. Закурила, не предложив ей.
   - Значит так, - сказала я. - Никакого заявления никуда они не подавали. Херня все это. В этом ты уж не сомневайся. А ты должна по-прежнему молчать. Меня просто нет, понимаешь? Я испарилась, исчезла, куда - ты не знаешь. Тебе понятно?
   Она кивнула, тяжело вздохнув.
   - Это раз. Во-вторых, с этой минуты ты должна сразу же, как только они тебе звонят, сообщать мне. Все подробности, слово в слово. Не можешь запомнить - записывай сразу после разговора. И тут же перезванивай мне. Кстати, а другие не звонили тебе?
   - Нет...
   Она посмотрела на меня и жалобно сказала:
   - А они… Они правда ничего мне не сделают, Оля? Как ты думаешь?.. Ну, пожалуйста, скажи...
   Вместо ответа я ее спросила:
   - Ты мне не звонила в эти дни?
   - Зачем? - искренне удивилась она. - Ты же мне запретила это делать...
   Я ничего ей не ответила. Опустила оконное стекло и выкинула окурок.
   - Все. Свободна. Можешь идти.
  
  Глава 15. ТРЕТИЙ.
  
   Осторожно выглядывая из подворотни, я увидел, как из окошка красной небольшой машины вылетел окурок сигареты. Открылась правая передняя дверца, из машины вылезла Светка и торопливо зашлепала по лужам наискосок через улицу, к своему дому. Подъезд, к которому она шла, был как раз напротив подворотни, где я затаился.
   Я не был на все сто уверен, что в машине сидит именно она. Тем более - одна. Тем более после того, что она сделала с дочкой Игоря. Я повертел головой