е исключено, что поблизости сидят в какой-нибудь тачке ее дружки-мордовороты.
   Ее машина резко газанула с места. Я отпрянул, вжавшись в выемку стены. Разбрызгивая лужи, красная машина мелькнула в светлом полукружье арки, уверенный рокот мощного двигателя заметался в пустом пространстве двора за моей спиной.
   Я выглянул. Светка уже подходила к своему дому.
   В подъезд старого кирпичного дома я влетел почти сразу же за ней. Проскользнул внутрь, бесшумно прикрыв за собой дверь. Светка, отряхивая намокший под дождем плащ, поднималась по короткому лестничному маршу к сетчатой шахте лифта. Ткнула пальцем в кнопку. Наверху загудело и перед Светкой, опустившись следом за сосисочными гирляндами кабелей, остановилась кабина лифта. Светка с натугой открыла тяжелую дверь с запыленным стеклом.
   Я почувствовал, как меня охватывает первобытная, животная ярость. Я пулей взлетел по ступеням и мы одновременно очутились перед распахнутой дверью - я и она.
   Светка обернулась, но не успела даже пикнуть. Я буквально вбил ее всем телом внутрь кабины. Одной рукой я мгновенно сжал ей горло, а другой захлопнул за собой дверь первого этажа и дверцы лифта. И тут же ударил кулаком по кнопке - кажется, последнего этажа. Кабина дернулась и покачиваясь, пошла вверх.
   Я смотрел прямо в ее выпученные глаза и смутно чувствовал, что испытываю почти сатанинское наслаждение: я мягко, ласково шептал:
   - Это была она?.. Она? Говори, паскудина, или я тебя прямо здесь и придушу...Это она сидела с тобой в машине?
   Лицо у нее посинело, язык вывалился из широко открытого рта. Она, судорожно царапая ногтями по грубой шершавой ткани моей куртки, захрипела, еще больше выкатывая глаза. Я немного ослабил хватку.
   - Говори!..
   По ее потемневшему лицу быстро проплывали пятна света, исчерченного сеткой шахты.
   - Да, - почти беззвучно выдохнула она. - Да, Сашенька, милый...